Джек взглянул на нее.

– Не тяни. Выкладывай!

– «Северная звезда» только что остановила выбор на одном сценарии, который, по их мнению, очень подходит для тебя, планируется начать производство фильма по этому сценарию в декабре.

Джек, затаивший дыхание, с облегчением выдохнул. Он не верил своим ушам.

– Уже? А что за фильм?

– В том же духе, что и тот, который снимают сейчас. Нечто в духе Чака Норриса с примесью Рэмбо. Фильм очень динамичный, и характер героя показан в развитии.

– Спасибо тебе, Сандерсон!

Джека охватило возбуждение. Съемки фильма почти закончились. Потом предстоит участие в утреннем ток-шоу в Нью-Йорке, пресс-релиз о «Беренджере», фильме, который сейчас снимался, потом организованная Бобом Хоупом специальная встреча на Гавайях. Он был близок к большому успеху, не сопоставимому с популярностью у любителей мыльных опер. Джек это знал. Чувствовал. И не он один: Мелоди и Сандерсон соглашались с ним.

– Фильм называется «Возмущение», – сказала Мелоди. – И не забудь, что сегодня вечером у тебя интервью с репортером из воскресной газеты.

– Ох, черт возьми, чуть не забыл! Позвони Диане и скажи, чтобы не приходила до десяти вечера.

Мелоди покачала головой:

– К десяти ты должен быть в постели.

Джек усмехнулся:

– Это я и собираюсь сделать.

– Секретарша Маджориса звонила сегодня дважды. Ты еще не ответил, посетишь ли прием, который устраивает «Северная звезда» в пятницу вечером.

– Ох, совсем забыл.

– Джек, тебе необходимо пойти.

– Знаю, знаю. Ладно, прими приглашение от моего имени. – Ему до смерти не хотелось тратить вечер пятницы на льстивые речи и саморекламу. Но у него не было выбора. – Ответь согласием за нас обоих.

– Хорошо. – Переминаясь с ноги на ногу, Мелоди почему-то не уходила.

– В чем дело?

– Не знаю, как и сказать, Джек. У меня есть еще и плохая новость. Ну, не то чтобы совсем плохая, но…