Винс представил себе Белинду – голую, влажную от пота, лежащую на постели среди смятых простыней в ожидании безымянного любовника. Он представил себе ее грудь, полную, но высокую, с твердыми, напряженными сосками. Ее ноги, сильные, стройные, раздвинутые в ожидании, и ее лоно – розовое, прекрасное.

Винс изо всех сил нажал на тормоза, едва избежав столкновения с идущей впереди машиной. Так недолго и в аварию попасть.

Он припарковался возле своего коттеджа в Коста-Меса рядом с «фольксвагеном» Мэри. «В этот уик-энд надо будет подстричь газон», – подумал Винс.

Мэри сидела на кухне со своей приятельницей Бет. На столе стояла почти пустая бутылка вина, а рядом с ней лежал осколок зеркала, валялся флакончик кокаина – тоже пустой, а также бритва и соломинка. Женщины вели оживленный разговор, то и дело прерывающийся взрывами хохота. Увидев Винса, обе замолчали.

– Привет, Винс, – улыбнулась пьяная Мэри.

У нее были длинные прямые темные волосы, круглое миловидное личико и большие карие глаза. Топ и джинсы наглядно указывали на то, что ей было бы неплохо сбросить около пятнадцати фунтов.

– Привет, Мэри, – ответил Винс и кивнул высокой, невзрачной, худенькой Бет. Он попытался скрыть раздражение, вызванное тем, что Мэри снова под кайфом. – Пойду приму душ. Что у нас на ужин?

Мэри с виноватым видом взглянула на него:

– Я надеялась, что мы где-нибудь перекусим. Возьмем по бургеру или еще что-нибудь.

Нараставший гнев наконец прорвался:

– Какого черта? Я умираю с голоду! Я целый день работаю как проклятый, а ты здесь кайфуешь! С меня хватит! Я устал и хочу есть!

– Иди ты в задницу, Винс, – невозмутимо заявила Мэри.

Винс подошел ближе.

– Ты хоть заметила, что во дворе цветы завяли? Или тебе все безразлично? И где, черт возьми, ты взяла деньги на кокаин?