– Привет, мама, – сказала девушка.

Это была Мэри, дочь миссис Крэндал, девушка лет двадцати с небольшим, и такая сексапильная, какие являлись в эротических снах каждому парню. Винсу, например, являлись.

Винс вырос в Южной Калифорнии и был беден, тогда как вокруг, казалось, все были богаты. По крайней мере богаче, чем он. Винс жил в трущобах на окраине Лос-Анджелеса. У него было две сестры, мать работала официанткой, а отец умер до того, как он родился (по крайней мере так говорила мать). Дом кишел крысами, из кранов текла ржавая вода, на стенах облупилась краска.

Окончив школу, Винс обучился плотницкому делу и вскоре начал вкалывать на строительных работах. Первая богатенькая дамочка была у него в девятнадцать лет. Он тогда работал на генерального подрядчика, который послал его в один особняк на Беверли-Хиллз, где требовалось установить кое-какое оборудование. Ему полагалось привинтить сушилки для полотенец в ванной комнате (платили за эту работу по тридцать долларов в час). Хозяйка дома, жена одного известного сценариста, наблюдала за его работой, стоя в теннисном костюме с коротенькой юбочкой. Винс вспотел от смущения и боялся встать. Если бы она заметила, что творится у него в штанах, он, чего доброго, мог потерять хорошо оплачиваемую работу. Пока Винс пытался справиться с эрекцией, хозяйка, заметив это, сама проявила инициативу – и все свершилось, как и следовало ожидать.

К тому времени как Винс встретил Мэри, он уже трахнул не менее дюжины богатых дамочек. Мэри сильно отличалась от них. Она была молода, красива и совсем не похожа на сорокалетних пресыщенных баб, ищущих молодого кобелька, чтобы развеять скуку. Мэри заметила Винса в тот день, когда разговаривала с матерью у бассейна. (Да и какая женщина могла бы не обратить на него внимания? Он отлично знал, что хорош собой. Многие женщины говорили ему об этом.) Два дня спустя Винс пригласил ее на свидание.