На пятнадцатом этаже Шарлотта, старшая секретарша шефа, уже восседала в приемной за своим столом. Дверь в кабинет Николаса Дженкинса была закрыта. По неумолимому взгляду Шарлотты можно было понять, что закрытой она и останется. Дженкинс совещался со своим отвратительным прихлебателем Дэшем, а после этого им предстояла встреча с их хозяином, лордом Мелроузом. Джини знала, что, по мнению Шарлотты, Мэлроуз унаследовал от отца только принадлежавшую тому газетную империю, но отнюдь не его способности. Именно Шарлотта пыталась защищать Дженкинса, когда у хозяина наступал очередной заскок.

– Мелроуз снова гонит волну, – объяснила Шарлотта. – За время выходных кое-что стряслось, только не спрашивай меня, что именно. Тебе, Джини, к Дженкинсу и близко подойти не удастся, даже не проси. – Помолчав, она заговорщически улыбнулась и добавила: – Уж не знаю, о чем ты собралась с ним говорить, но ты наверняка сможешь сделать это сегодня вечером.

– Вечером?

– Вот, только что доставили с курьером на твое имя. – Секретарша протянула Джини большой конверт из веленевой бумаги. – Я уже знаю, что там. В половине девятого мне звонил по этому поводу личный помощник лорда Мелроуза.

Джини вскрыла конверт. Там лежал тисненый лист с приглашением на ужин, который давала вечером Ассоциация издателей газет. В настоящее время председателем ассоциации являлся лорд Мелроуз. Ужин должен был состояться в отеле «Савой», и на нем планировалась речь почетного гостя, Его превосходительства Посла США. Тема выступления была следующая: «Частная жизнь и пресса».

В верхней части приглашения изысканным курсивом значилось ее имя. Джини задумчиво разглядывала карточку.

– Это прислали из офиса лорда Мелроуза?

– О да! По личному указанию величайшего из великих. – Шарлотта, прищурившись, смотрела на Джини. – Чем это ты так отличилась, Джини? Я и не знала, что ты – по плечу и за ручку с великими мира сего.