– Я очень хотел бы вам помочь, моя дорогая, но, увы, не в состоянии. Бывая в Оксфорде, Джеймс периодически звонил мне в память о добрых старых временах, и я всегда был рад встретиться с ним. Блестящий ум! Один из моих лучших учеников! Но я не видел и не слышал Джеймса уже как минимум год. Давайте подумаем, кто бы мог вам помочь. Помнится, был один довольно глупый молодой человек, вместе с которым они учились в школе. Он появился здесь в тот же год, что и Джеймс. Их комнаты находились на одной лестничной площадке. Думаю, они до сих пор поддерживают контакт. Как же его звали? По-моему, Джереми что-то такое…

– Джереми Прайор-Кент.

– Вот-вот! Именно так. А теперь, боюсь, мне пора с вами прощаться.

После этого Джини позвонила в контору продюсерской фирмы Прайор-Кента.

– К сожалению, – сказала его секретарша, – шеф изменил свои планы и теперь вернется в Лондон не раньше, чем в четверг вечером. Он и его менеджер выбирают натуру в Корнуолле, поэтому добраться до них нет никакой возможности.

Секретарша говорила так, словно Корнуолл был Сахарой, а Прайор-Кент был – Б. де Миллом.

– Конечно, мистер Кент будет мне звонить, и я обязательно передам ему ваше послание, если вы захотите его оставить. Вы из «Ньюс»? Если это срочно, то я…

– Да, это срочно. Очень срочно.

– Надеюсь, в пятницу я смогу найти для вас маленькое окошко в его расписании. Сейчас я на него взгляну…

– На окошко? Ах да, конечно. На расписание.

В течение долгой паузы, последовавшей за этим, Джини листала справочник кинопродюсерских фирм. Кинокомпания Кента под громким названием «Саламандер филмз» выпускала лишь телевизионные рекламные ролики да короткие документальные фильмы. Ни одного художественного на ее счету пока не было. «Окошко, – подумала Джини. – Выбирают натуру в Корнуолле… Самовлюбленные идиоты! Интересно, почему все люди, занятые в кинобизнесе, такие?..»