– Эй, Кенни, кончай лясы точить с этой девицей! – заорал он.

– В любом случае, – сказала Кэт, – я не собираюсь отнимать у вас время, мистер… ах да, мистер Кении. – Пришлось повысить голос, так как пьяный пассажир проснулся и начал петь. Кэт наклонилась вперед, обращаясь к дебоширу: – Потише, сэр, – пристыдила она его. – Вы мешаете грабить и выставляете себя в неподобающем виде.

– Мэм, – почти умоляюще проговорил грабитель.

– Минуточку. – Кэт снова обратилась к пьяному, оставившему безо всякого внимания ее призывы к порядку и вновь затянувшему песню. – Вы представляете себе, что случается с теми, кто дурманит свой разум и отравляет тело алкоголем?

– Что? – заинтересовался тот, прерывая пение.

– Они желтеют, распухают, разлагаются, теряя человеческий облик, и умирают, – сообщила Кэт, которая видела, как именно это произошло с ее собственным отцом.

– Разлагаются? – пьяный озадаченно уставился на нее.

– Именно так, – утвердительно кивнула Кэт.

– Послушайте, мисс, не могли бы вы отдать мне ваши драгоценности и деньги…

Удивленная, Кэт повернулась к молодому разбойнику.

– Вы хотите сказать, что грабите МЕНЯ?

– Я хочу сказать, что граблю всех пассажиров, мисс, не только вас, – виновато ответил тот.

– Вы с Запада? – неожиданно спросила Кэт.

– Да, мэм.

– Кенни! – Громила продвигался по проходу, освобождая пассажиров от их ценностей.

– Ну, тогда должна сказать вам, что мужчины с Запада не грабят настоящих леди, – заявила Кэт. – Если вы подождете минутку, я вам это докажу. – Она принялась быстро листать книгу, пока не нашла нужный абзац. Молодой грабитель, пристально разглядывавший Кэтлин, пока та отыскивала подходящее высказывание, заметил:

– А вы очень милы, мэм.

– Спасибо, – сказала Кэт. – А теперь слушайте: Изабелла Берд утверждает, что мужчины на Западе ВСЕГДА обращаются с женщинами почтительно. Можете прочесть это место. – Она протянула незнакомцу книгу, добавив: – Вы, конечно же, не хотите лишить меня возможности видеть в вашем лице образец почтительного обращения с женщиной? – Молодой человек густо покраснел и попятился, едва не свалившись на колени распевающему во все горло пьянице.