Ее пульс снова начал бешено биться, когда она взглянула в зал и встретила внимательный ледяной взгляд. Она знала, кто этот мужчина. Кейн Джерард — кузен Брента.

Его холодный взгляд держал ее в напряжении до самого конца, пока на сцене не появилась последняя конкурсантка — очаровательная девятнадцатилетняя блондинка, которая и выиграла главный приз благодаря своей яркой, солнечной, какой-то летней красоте.

— Ну, мы тоже выступили неплохо, — подытожила Мэри Фэрис, пожилая дама-модельер, чье платье демонстрировала Сейбл.

Сейбл виновато улыбнулась ей:

— Простите, что не оправдала ваши ожидания.

— Дорогая моя, ты выглядела в нем потрясающе! Но здесь хотели видеть юных, невинных и свежих, как наступившее лето. А ты искушенная, стильная и даже немного загадочная — тот тип женщин, для которых я и создаю наряды. Я даже и не надеялась на победу, но ты вышла в финал, и это для меня — очень большое достижение. — Она вытянула шею, когда кто-то возник за спиной Сейбл. — Привет, Кейн, — сказала она с ноткой удивления в голосе. — Даже не думала увидеть тебя здесь. Ведь ты уже был на ипподроме?

— Да, был.

Голос его оказался низким и холодным, и Сейбл внезапно охватила легкая дрожь.

— И лошадь, на которую ты поставил, конечно, пришла первой?

— Конечно, — кивнул Кейн с такой невозмутимой уверенностью, будто результат скачек зависел лишь от его воли.

— И как же зовут эту лошадь? Я поставлю на нее, пока тотализатор еще не закрылся.

— Черный Султан. Вы не представили нас друг другу, Мэри, — протянул он.

— О, простите. Я думала, вы знакомы…

Сейбл неохотно повернулась к нему.

Ее темные глаза встретились с бесстрастными серыми глазами, и дыхание в ее груди словно застыло. Она, конечно, видела фотографии кузена Брента, но не была готова к столь мощному воздействию его мужской харизмы.