- Вы только представьте себе: последняя любовница самого скандально известного лорда смеет появляться в обществе исключительно в ослепительно белом - непорочная девственница, да и только! Просто возмутительно!

Маркус перестал вертеть бокал и поднял глаза на собеседника:

- Она все еще предпочитает белый цвет?

- Никогда не носит другого, - заверил его Трэскотт. - Настоящая оригиналка... Да, кстати, эти нелепые белые платья, а также ее позолоченный экипаж являются предметом зависти всех лондонских дам. Вам пришлось основательно раскошелиться, не правда ли? Позвольте поинтересоваться, какого порядка сумма вами истрачена?

- Вряд ли я вспомню сейчас. - Маркус перевел взгляд на пылающий в камине огонь.

- Значит, вы купили ей столько дорогих тряпок и безделушек, что белый экипаж и прекрасные белые лошади, в него запряженные, прошли незамеченными для вашего кармана?

- Я не придаю большого значения подобным пустякам.

Трэскотт поперхнулся.

- Наверное, очень приятно быть богатым, как Крез. Не обижайтесь, сэр, но, очевидно, крошка глубоко запустила свои маленькие коготки в ваш карман, прежде чем решила подыскать вам замену.

- Вдовы редко наследуют крупные состояния после смерти своих мужей.

- Говорят, покойный мистер Брайт был намного старше супруги и они жили очень уединенно где-то в Девоне. - Трэскотт бросил пытливый взгляд на Маркуса. - Он, несомненно, оставил ей какую-то сумму, но все в Лондоне уверены, что вдовушка хорошенько поживилась за ваш счет.

- Вы же знаете, как это бывает, Трэскотт. Мужчина должен платить за свои удовольствия.

Гость тонко усмехнулся и, вновь осмелев, сунул руку в клетку с тигром.

- Интересно, как чувствует себя мужчина, когда расчетливая любовница, основательно выпотрошив его карманы, решает подыскать ему замену в постели?

- Мне сложно описать вам свои чувства, Трэскотт.

- Клянусь вам, в Лондоне едва ли найдется хоть один мужчина, который не решил бы сейчас попытать счастья и занять ваше место в будуаре миссис Брайт.