Дверь, из-за которой доносились голоса, была чуть приоткрыта. Затаив дыхание, Изабелла заглянула в щелку и увидела залитую ярким светом комнату с мягкими креслами, роскошными коврами и широкой кроватью, на которой лежала обнаженная темноволосая женщина.

Батерст же, стоявший возле столика с напитками, был в бриджах для верховой езды, словно только что совершал прогулку в седле. Возле двери лежали его сапоги; а на спинке кресла висели замшевая куртка и льняная рубашка. Отметив, что граф стоит довольно далеко от постели и, судя по всему, не собирается приближаться к женщине, Изабелла с облегчением вздохнула.

— Иди сюда, Дермотт, — пробормотала лежавшая, на постели брюнетка.

— Сейчас. — Граф поднес к губам бокал и, осушив его одним глотком, тотчас же снова наполнил.

— Дермотт, ты уже полчаса это говоришь.

— После разговоров с Шелби меня мучает жажда. — Граф улыбнулся. — Имей терпение, дорогая.

— Сегодня ты какой-то беспокойный.

— Ничего подобного, — возразил Дермотт. — Просто мне хочется выпить.

— Может, я пока тебе почитаю? — предложила женщина. — У меня есть новый роман.

— Лучше попозже, — пробормотал Дермотт. Он уселся в кресло у камина и снова поднес к губам бокал; причем было очевидно, что ему ужасно хочется напиться.

— Неужели Шелби так тебе надоел?

Граф покачал головой и с усмешкой проговорил:

— Нет-нет, он слишком вежлив. До отвращения вежлив.

— Так мне засыпать? — пробормотала брюнетка.

— Дорогая, разве я тебя когда-нибудь разочаровывал?

— Ты чертовски красив, Батерст, вот в чем все дело. Я жду тебя с нетерпением.

В свете камина граф действительно был божественно красив. Мощная мускулатура, сильные руки с длинными изящными пальцами, прямой нос, чувственные губы, темные глаза с длинными ресницами — все это могло свести с ума любую женщину.