Первым из-за угла выбежал Гарольд. За ним следовали его родственники и отец. Внезапно все остановились — очевидно, не знали, куда теперь направиться. Но тут Гарольд указал в ее сторону, прямо на нее, как показалось Изабелле. Хотя в такой темноте он, конечно же, не мог ее увидеть.

И все же, не дожидаясь, когда преследователи примут окончательное решение, девушка бросилась бежать по Кинг-стрит.

В свете уличного фонаря ее шафрановое платье вспыхнуло, словно сигнальный огонь.

И тотчас же за спиной беглянки раздались крики. Судя по всему, ее заметили.

Пытаясь сбить с толку преследователей, Изабелла поворачивала то вправо, то влево, пока наконец не увидела ярко освещенный фасад какого-то дома. Подбежав к двери, она забарабанила в нее изо всех сил.

Дверь открылась почти сразу же, и Изабелла, перешагнув порог, оказалась в холле, освещенном огромной люстрой венецианского стекла. Девушка замерла, пораженная ее великолепием. Белый мрамор, изящная позолота, красивые картины на стенах, роскошные ковры — все здесь казалось необыкновенным. Даже дворецкий был такого высокого роста, что Изабелле пришлось задрать голову, чтобы увидеть его лицо.

— Могу ли я вам чем-нибудь помочь? — осведомился он.

— Простите меня… за вторжение, но за мной… гонятся, — задыхаясь, пробормотала девушка. Сделав глубокий вдох, Изабелла постаралась взять себя в руки — ведь иначе ее могли бы принять за сумасшедшую и выставить на улицу. — Я готова все объяснить… вашему хозяину или хозяйке…

— О, конечно! Разрешите проводить вас в малую гостиную. — Дворецкий указал на одну из дверей. — Я сейчас распоряжусь, чтобы вам принесли полотенца, — продолжал он с невозмутимым видом, словно столь позднее появление насквозь промокшей женщины казалось ему вполне естественным.

Дворецкий провел Изабеллу в освещенную свечами комнату, стены которой были обшиты панелями с изображениями птиц и цветов, после чего удалился. И почти тотчас же вошла девушка-служанка с полотенцами.