Доминик не верил своим глазам: она и вправду покраснела. Теперь ему еще сильнее хотелось вновь оказаться с ней в постели, — это зрелище оказалось неожиданно возбуждающим. Он мысленно начал просматривать свое расписание на неделю, пытаясь выкроить время для новой встречи.

— Мне кажется… А, вот и кофе! — И Софи засуетилась, с преувеличенным вниманием расставляя чашки, сахарницу и сливки. Все это время Доминик не сводил с нее пристального взгляда, и она вновь почувствовала себя на взводе.

— Софи…

Ей поневоле пришлось прерваться — таким властным был его голос. Она распахнула глаза.

— Что?

— Мне кажется, ты почему-то уверена, будто после сегодняшнего я больше не захочу с тобой встречаться.

Именно об этом она и размышляла в этот самый момент. По спине у девушки прошел холодок.

— Ты ведь очень занятой человек, Доминик. По словам Дианы, ты и в Англии-то редко задерживаешься дольше недели. И я тоже работаю. То есть не так, как ты, конечно, но все равно… У меня нет времени на романы.

— Нет времени или желания? — Он вопросительно изогнул бровь.

Стюарт. Подарить мужчине всю себя, только чтобы потом оказаться втоптанной в грязь, обманутой… Предательство слишком горько уязвило Софи. Так можно ли ее винить, если она больше не хочет никому доверять?

Доминик Ван Стрэтен — из породы плейбоев. Такие мужчины меняют женщин, как перчатки. И неважно, что одним своим взглядом он заставляет кровь бурлить у нее в жилах. В людях она ценит искренность и надежность. Поддаваться минутным увлечениям — это до добра не доводит.

— Желание тут ни при чем. Я же сказала, что много работаю. Налить тебе кофе?

Он должен быть доволен, рассуждала Софи про себя. Доволен тем, что она не оказалась одной из этих женщин-липучек, которые не дают мужчинам проходу. Он получил удовольствие.., то есть, конечно, им обоим было хорошо в постели. Так почему бы на этом и не остановиться?

— Ты ошибаешься, если думаешь, что я больше не хочу с тобой встречаться.