Если бы Шарлотта так не спешила воссоединиться с сестрой, то привезла бы свои коклюшки и продолжила бы работу. Ей страшно хотелось чем-нибудь заняться, чтобы скрасить томительное ожидание. Она сплела уже столько кружев, что их хватило бы, чтобы покрыть алтари всех церковных приходов в радиусе десяти миль от Малого Иссопа, и потихоньку продавала свои лучшие работы одной лондонской модистке, которую ей порекомендовала Дебора. Шарлотта выживала благодаря капризам и причудам светских модниц. Она, конечно, не собиралась состязаться со слепыми французскими монашками, но все равно кружева у нее получались тонкими и изысканными. А сейчас она не знала, чем заняться, куда приложить праздные руки. Позолоченные часы на каминной полке тикали, неумолимо приближая стрелки к четырем. Шарлотта порылась в ящике карточного столика под окном и нашла потертую колоду карт. Теперь она могла раскладывать пасьянс и следить за происходящим на улице. Надо держать свой разум в боевой готовности на тот момент, когда сэр Майкл, словно хищник, крадучись подберется к дому.

Она не хотела противостоять ему в открытой схватке. Деб рассказывала, что он служил в армии, в нем чувствуется большая грозная сила, что делает его беспощадным. Он — высокий, широкоплечий, стройный, каштановые волосы коротко пострижены, а глаза — такие темные, что кажутся черными. Он красив мужской красотой, без намека на смазливость, и у него сабельный шрам на щеке. Она не успела заметить других шрамов, поскольку, к стыду своему, была слишком занята, переживая оргазм за оргазмом. Ее очень удивляло, что сэру Майклу еще приходится платить женщинам за их общество.