— А это еще что такое? — с досадой воскликнула Мадж, наткнувшись на неожиданное препятствие. Она с удивлением уставилась на блестящую цепь, протянутую поперек тропинки и мешающую ей пройти. Странно… Сколько она помнила, дорожка всегда была общей. Придется и об этом поговорить с Родни Стентоном, решила Мадж.

Ничего другого не оставалось, как свернуть с тропинки и пробираться через кустарник. Мадж даже не предполагала, что столько времени потратит на дорогу. Куда девалось ее радостное настроение, с которым она выехала из дома? Сейчас она просто кипела от возмущения. Мало того, что ей пришлось свернуть с тропинки, перед глазами Мадж то и дело возникал образ лесного великана с его великолепными мышцами и ловкими движениями, вызывая во всем ее теле непонятное томление. Хорошо, что я больше никогда с ним не встречусь, подумала Мадж и вздохнула.

Обдумав предстоящий разговор с Родни Стентоном, Мадж все же решила ничего не говорить ему ни о дереве, ни о тропинке, по крайней мере до тех пор, пока не попросит его об одолжении. Пока она не получит нужный документ, неразумно выводить майора из себя.

К тому времени, как Мадж достигла мощеного двора перед старинным, наполовину деревянным зданием, ее возмущение улеглось. Согретая после лесной прохлады ласковыми лучами солнца, она снова почувствовала себя блаженно счастливой. Ощутив новый прилив энергии, она сильно дернула за шнурок звонка. Звонок все звенел и звенел, постепенно затихая и превращаясь в эхо. Мадж показалось, что прошла целая вечность, когда дверь наконец распахнулась с тем диким заунывным скрипом, который сделал бы честь третьесортному фильму ужасов.

— Эй… кто-нибудь дома? — растерялась Мадж. В дверях стоял тот, кого меньше всего ожидала она здесь увидеть. Мадж не могла ошибиться. Только теперь он был в свободной белой футболке, скрывающей волосы на его груди и мощный торс, с накинутым на шею полотенцем. Мадж не могла не узнать его шевелюру — тяжелые черные локоны, которые нельзя спутать ни с какими другими.