— А почему вы изобразили героиню в современных докмартиновских ботинках, когда она по сюжету должна носить обувь восемнадцатого века?

— Я это сделала, чтобы подчеркнуть, что героиня стала богатой, и ей больше не нужно опираться на костыли. Они должны были обозначать что-то вроде… хирургических ботинок.

— А что, все богачи в восемнадцатом веке носили хирургические ботинки?

— Ну что вы, право! — воскликнула Мадж раздраженно. — Это же такая малюсенькая деталь, на которую никто даже внимания не обратит!

Олджи пожал плечами.

— Может быть. Но, чтобы отразить быт и костюмы того времени, вам придется провести серьезное исследование.

— Как раз этим я сейчас и занимаюсь. Без этой старинной рукописи я не смогу закончить свою книгу.

— Не сможете, — ответил Олджи убежденно и широко улыбнулся ей одной из своих странных улыбок, словно делая прощальный подарок, и добавил: — Иллюстрации ваших сказок очень хорошие, но ваши иллюстрации в журнале по садоводству просто сногсшибательные.

Мадж снова заволновалась — к чему он клонит?

— Вы очень тонко и профессионально подошли к ним, — продолжал Олджи. — Они технически безупречны и очень образны; такие четкие корешки и листочки! Представляю, какой успех ожидает книги по садоводству благодаря вашим иллюстрациям. Будьте уверены, ваш агент выбьет для вас хороший гонорар.

У Мадж вытянулось лицо. Как категорично прозвучали его слова «не сможете»!

— Что вы имеете в виду?

— Что вам лучше заняться книгой по садоводству.

— Но что заставило вас так подумать? — спросила она дрожащим голосом. — Вы что, издатель или что-нибудь в этом роде?

— Я занимаюсь бизнесом. А его принципы везде одинаковы.

— Да, но каким бизнесом? Я готова пари держать, это никак не связано ни с книгами, ни с иллюстрациями.

— Я владелец крупной строительной фирмы.

— Вот видите! Как могут здесь быть одинаковыми принципы?