– Трудновато будет тебе представлять ее из Сан-Франциско, – лукаво сказала она и скорчила премилую гримаску. Но она напрасно ждала, что отец с сочувствием отнесется к ее словам.

– Так вот зачем ты пришла! Я должен был сразу догадаться. Ты все еще расстроена из-за вчерашнего?

– Да я просто в ужасе! Не понимаю, как вам с мамой могла прийти в голову мысль уехать из Ласковой Долины!

– Пойми, эта работа открывает перед мамой совершенно новые возможности – большая зарплата, престижные клиенты, интересные проекты. Разве можно отказаться от такого предложения?

– А что же будешь делать ты, папочка? У тебя такая хорошая практика – неужели ты бросишь ее?

Мистер Уэйкфилд покачал головой:

– Поговорим начистоту, Джес. Для меня это нелегкий шаг, но я готов совершить его. И потом, мне, возможно, удастся найти в Сан-Франциско хорошее место. Я уже начал наводить справки и…

– И ты уже готов хоть сейчас собирать вещи! Прихожу я завтра из школы, а около дома уже грузовик стоит! – У Джессики задрожала нижняя губа, но сейчас она не притворялась.

Мистер Уэйкфилд встал, чтобы успокоить дочь. Он обнял ее за плечи и подвел к одному из кресел напротив стола, а сам сел рядом.

– Поверь мне, Джес, мы с мамой прекрасно понимаем, как тебе и Лиз тяжело уезжать отсюда. Конечно, мы не можем сбросить со счетов ваши чувства.

– Тогда почему вы нам ничего не сказали? Я узнала об этом от практически незнакомого человека! – Глаза девушки наполнились слезами.

– Пожалуйста, будь к нам помягче, особенно к маме, – сказал мистер Уэйкфилд. – Она просто не хотела расстраивать вас раньше времени.

– Не хотела, а все равно расстроила!

– Я знаю, и мне очень жаль. Но вы с Лиз должны понять, что этот переезд для вашего же блага. Вам уже скоро в колледж, а сколько стоит обучение, тебе известно. Мамино повышение в некоторой степени помогло бы нам в финансовом отношении.

– А что, если я не хочу в колледж? Останусь здесь и найду работу.