— Гм, пожалуй, почти рядом, — пробормотала она.

— Это я так считаю, — сказал Скотт. — А тебе следует на целых три недели забыть о своих прежних привычках и прочих выкрутасах.

Тейви открыла рот, чтобы высказать этому парню все, что она думает по поводу его высокомерного отношения к ней, но тут же прикусила язык. Разговаривать с его спиной было унизительно и бессмысленно. Слава Богу, что он не остановился. Она посмотрела на гору и невольно вздрогнула, представив ее крутизну. Земля закачалась у нее под ногами. Сделав несколько шагов, Тейви вновь уставилась на вершину, но за набежавшими облаками гора выглядела весьма безобидно, лишь ее склоны в изломах горной породы вызывали беспокойство. От мысли о том, что такие же мрачные скалы она еще совсем недавно видела вдали из окна родительского дома, а теперь стоит, беззащитная, у их подножья, у Тейви закружилась голова.

Когда она присоединилась к участникам похода, то обнаружила, что две большие кучи снаряжения и провианта были уже поделены на десять маленьких. Ее красный рюкзак лежал около одной из них.

— Это твоя доля, Тейви, — сказал Скотт.

— Ты шутишь? — Ее глаза округлились от ужаса. Неужели при наличии стольких мужчин ей придется тащить на спине всю эту груду продуктов и снаряжения? — Я не справлюсь!

— Послушай, Скотт, — вкрадчиво проговорил один из участников похода по имени Росс, — ты человек привычный, что тебе стоит взять себе побольше? — Он хитро подмигнул девушке.

— Груз совсем не тяжелый. Это только поначалу так кажется, — добродушно отозвался Скотт. — Если хочешь, Росс, могу тебе еще подбросить. — И сурово глянул из-под своего рюкзака. — Будет лучше, Тейви, если ты сама справишься со своими вещами.

— Это почему же? — удивилась она.

— Ты будешь знать, что и где у тебя лежит. И нам не придется копаться в твоем барахле, когда потребуется ореховое масло.

Тейви подняла большую банку, лежавшую сверху. Казалось, банка весит центнер.