– Боюсь, я в этом ничего не смыслю, – призналась девушка. – Я никогда не занималась наукой, а помогала отцу по хозяйству.

– Растрачивая впустую свои таланты, – вставил профессор. – Мне не следовало позволять ей приносить в жертву карьеру. – Он беспомощно развел руками.

– Карьеру? – с интересом переспросил шейх.

– Я выучилась на медсестру. Шейх выпрямился.

– Медсестру?

Выяснилось, что в Сиди-Бу-Кефе есть маленький госпиталь – излюбленное детище старика. Он основал его несколько лет назад на собственные средства – всего лишь тридцать коек и операционная, а также амбулаторное отделение. Шейх заявил, что с удовольствием покажет больницу мисс Уоррендер, чтобы она высказала свое мнение.

– С удовольствием, шейх, но, боюсь, мое мнение не будет очень ценным для вас.

– Вы же не могли забыть всего, чему учились. Возможно, вы даже прочтете лекцию нашим студентам. Мне с трудом удалось набрать персонал.

Когда дело заходит о болезни, наши старики предпочитают быть фаталистами и полагаются скорее на волю Аллаха, нежели на врача. Правда, сейчас в тунисской гавани стоит американский корабль под названием «Надежда». Молодые врачи служат там по два-три месяца, медсестры – дольше. Врачи обучают арабских студентов европейским методам лечения. – Шейх вздохнул и пожал плечами. – К сожалению, здесь у нас нет гавани, где бы мог причалить американский корабль, оборудованный по последнему слову техники. Я дал объявление в лондонские медицинские журналы, мечтая пригласить к себе хотя бы одного врача. Отзывов было мало, но наконец кто-то сжалился над нами, и полтора года назад к нам приехал английский доктор – очень способный молодой человек. Вы должны познакомиться с ним.

Элисон, рассеянно слушая, смотрела на солнечный сад, где среди роз переливался маленький фонтан. Он выстреливал в воздух серебристую струю, и капли воды блестели на лепестках цветов. Воздух был напоен ароматом роз. В ветвях фруктовых деревьев ворковали голуби. Больницы, врачи, маленькие арабские девочки, готовящиеся стать медсестрами… Было так сложно представить болезни и нужду на этой пропитанной солнцем земле.