Поэтому после обеда Элисон пешком направилась в Сиди-Бу-Кеф, надеясь отыскать там подходящий магазин. Если ей это не удастся, придется идти в «Ридженс». Вечером она успела заметить в фойе маленький бутик, в единственной витрине которого красовался огромный черный веер из страусиных перьев и пара длинных лиловых бархатных перчаток. Правда, Элисон не хотелось лишний раз встречаться с Полом Эвертоном.

На главной улице Сиди стояла удушающая жара, жалюзи были опущены, а владельцы магазинов сидели у дверей, с жадностью ловя слабое дуновение ветерка. И конечно же в городе не оказалось магазинов, торгующих платьями. Здесь были лавки ювелиров, лавки, где продавались шелка, золотые украшения, еда, начиная от тортов с мускатным орехом и корицей и заканчивая оливковым маслом в больших розовых бутылях. Элисон страшно хотелось пить. Итак, остается «Ридженс». В мраморном вестибюле ее встретило желанное дуновение ветерка от кондиционера. Элисон с надеждой взглянула на витрину маленького бутика. Тот же черный веер. Возможно, у них больше ничего нет, но вряд ли она сможет прийти во дворец шейха в одних перчатках и с веером.

– Привет! – раздался радостный голос, И Элисон оказалась лицом к лицу с Дариен Шевас. – Интересуетесь?

– Я по всему городу искала магазин, где пролают платья.

– Безнадежно! – рассмеялась актриса. – Там есть лавки, в которых за пару часов сошьют вам платье, вот только вы не сможете его носить. Великолепные цвета, но никакого чувства стиля – мешок, перевязанный посередине. Здесь выбор намного шире, если только хозяйка, мадам Деспар, на месте. Идемте наверх и посмотрим. Ее студия, как она сама ее называет, на втором этаже.

– Разве сегодня съемок нет? – поинтересовалась Элисон, когда они вошли в позолоченный лифт.

– Нет, у нас долгожданный отдых. Полу пришлось срочно лететь в Париж, чтобы уладить кое-какие дела. Вообще-то мы и так затянули съемки. Видите ли, все заранее просчитано до последнего франка и последней минуты. Но Пол все уладит, – с гордостью прибавила Дариен.