— Ты в своем уме, Михаэль О'Мира? Кто ты такой, что отдаешь мне приказы?

— Если выразиться яснее: тебе здесь оставаться очень опасно.

Она не обратила внимания на его предостережение и на тихую просьбу в его голосе.

— Что ж, я должна бросить Джонатана в беде?

Михаэль глубоко вздохнул и расположился в кресле напротив.

— Я знал, что ты это скажешь.

Его взгляд выражал одновременно тревогу и восхищение. В этот момент она убедилась, что Михаэль действительно обеспокоен ее судьбой. Знал ли он больше, чем было известно ей?

— Разве в полиции что-нибудь произошло, после того как я ушла?

— Нет, — голос звучал твердо, но она почувствовала, что он лжет. — Тот, кто похитил твоего брата, чертовски опасен. Все это дело с наехавшей на тебя машиной явное тому доказательство.

Она вздохнула. Михаэль был прав.

— Ну и что же мы будем теперь делать?

— Мы ничего не будем делать. Завтра рано утром я поеду в Монтего-Бай. Быть может, там удастся обнаружить какие-то следы.

Кортни проглотила слюну.

— О'кей. Мы поедем вместе.

Михаэль собрался было с ней спорить, как в дверь позвонили. Кортни вздрогнула. Может, это тот сумасшедший, который на нее наехал?

Михаэль обнял ее, и она сразу успокоилась. В дверь снова позвонили и одновременно постучали.

— Я открою, — сказал Михаэль.

— Нет!

— Все в порядке, любимая. Убийцы обычно не стучат предварительно в дверь.

— Может быть, это Томми.

Но это был не Томми. Вместе с Михаэлем в комнату вошел высокий блондин. Кортни вскочила, подбежала к нему и упала в его объятия.

— Тревор! Что ты здесь делаешь?

— Я услышал об истории с Джонатаном, — ответил тот спокойно. — И приехал, чтобы помочь тебе.

4

Кортни повисла на Треворе, словно он был ее последней надеждой. У него были сильные руки, а сердце ровно билось в груди. Он пользовался той же туалетной водой для бритья, что и Джонатан. Это был свежий терпкий запах. Только сейчас ей стало ясно, как не хватало ей Тревора и как он был ей нужен.