Если машина Джонатана стоит где-нибудь в этой местности, возможно, она ее обнаружит. Кроме того, она хотела привести в порядок свои мысли. То сильное физическое влечение, которое она испытывала к Михаэлю, несмотря на столь краткое знакомство, будоражило и раздражало Кортни все больше и больше. Об этом она непременно должна была поразмыслить.

После того как машина Михаэля скрылась из виду, Тревор вышел Кортни навстречу.

— Ну, и чем вы оба сегодня занимались? — спросил он как бы мимоходом.

Она помедлила, вспомнив предостережение Михаэля.

— Мы были в Монтего-Бай. У меня там кое-какие дела.

— Я бы тоже мог поехать с вами.

— Я знаю. Скажи-ка, Трев, ты ничего не будешь иметь против, если я опять ненадолго оставлю тебя одного. Мне надо еще кое-что сделать.

— Я могу поехать с тобой. Возможно, я был бы тебе чем-то полезен.

— Нет, — ответила она резко. — На лице Тревора появилось удивление. И еще что-то. Гнев? Нет, не может быть. — Мне очень жаль, но некоторые вещи можно сделать только самой. Ты, надеюсь, понимаешь.

— Разумеется.

В его взгляде больше не было жестокости. Он опять был прежним, все понимающим, дружелюбным Тревором, которого она знала с детства.

— Я могу приготовить ужин? Сварю спагетти. Тебе всегда нравились мои соусы.

Она кивнула и побежала в дом, чтобы захватить бинокль, затем направилась к машине и еще раз оглянулась на Тревора.

— Если приедет Михаэль, скажи ему, пожалуйста, что я скоро вернусь. Пусть он меня подождет.

— Что я должен ему ответить, если он спросит, куда ты отправилась?