— Брайан? — Рука старшего сына была подвязана, чтобы случайно не повредить плечо, которое прооперировали только пару дней тому назад. — Что ты здесь делаешь? — рассердился Дэниел.

— Играю в гольф, — спокойно ответил Брайан.

— Ты же только что после операции! Тебе нужно лечиться. Что за легкомыслие!

Коллин сердито покосился на них.

— Нельзя ли помолчать хоть минуту?

Наконец удар состоялся. Мячик прокатился мимо лунки.

— Привет, папа, — разочарованно проговорил Коллин, передавая клюшку для гольфа, стоящему рядом мальчику.

Отец даже не взглянул в его сторону.

— Ты что, удрал из больницы? — спросил Дэниел, глядя на Брайана.

Тот нагнулся, чтобы поднять с земли сумку с клюшками для гольфа.

— Нет, уже выписали. Ничего страшного со мной не произошло, ранение было легким.

— Но операция длилась три часа.

Брайан пожал здоровым плечом.

— Ты же знаешь этих врачей. Им ведь тоже нужно зарабатывать себе на жизнь. Вот они и стараются.

Дэниел повернулся к Коллину.

— Это ты привел его играть в гольф?

— Да он не играет, а только подталкивает мячи к лункам, — с напускной веселостью отозвался тот. — Зато на следующей неделе мы собираемся прыгать с парашюта.

— Я не хочу этого слышать, — возмутился Дэниел, надеясь, что они все-таки шутят.

Поигрывая мячиком для гольфа, Брайан сказал:

— Пап, расслабься. Все не так страшно.

— Ох, надо было вас пороть в детстве! — покачал головой Дэниел.

Коллин рассмеялся:

— Где твоя клюшка? Пошли лучше сыграем.

Дэниел расправил плечи. Даже если сыновья и превратились уже во взрослых людей, он все же остается их отцом.

— Я пришел сюда не для того, чтобы играть в гольф. Мне необходимо поговорить с вами о вашей матери. Она рассказала мне о своей адвокатской практике.