И в этот миг Фиону осенило. Она предложит свою цену. Невероятную, немыслимую… и в то же время достаточно высокую. Как благородный человек, он не сможет согласиться на подобное, но устыдится и оставит ее в покое.

— У меня есть единственная ценность, и я могу отдать ее в обмен на скотину, милорд, — ответила она, даже в эту минуту отказываясь признать, что скот принадлежит Гордонам. — Это мое самое дорогое владение. Вы примете его?

— Соглашайся, — прошипел Джейми. — Честь будет удовлетворена, и никто не посмеет назвать тебя слабым, Энгус.

— Сначала я узнаю, что это за клад такой, — отозвался лэрд. — Мистрис Фиона, объясните-ка, что вы имеете в виду? Дюжина коров недешево стоит, девушка.

— Восемь, милорд, — мягко поправила Фиона.

— Двенадцать, включая тех, что ты украла прошлой осенью, — так же негромко заметил Энгус.

— Ошибаетесь, двадцать! Мне нужно еще восемь голов, чтобы выдать замуж самых младшеньких. Им всего семь и десять, поэтому мне не понадобятся коровы до тех пор, пока Джин и Мораг не подрастут и не найдут женихов. Все равно нечем кормить скот.

Нет, такая дерзость поистине неслыханна! Энгус Гордон невольно усмехнулся. Подумать только, нагло стянула его коров и, припертая к стенке, пойманная с поличным, еще пытается торговаться! Конечно, он не так жесток, как считает Джейми, но если позволить девчонке выйти сухой из воды, неприятностей не оберешься.

Только усилием воли ему удалось сохранить неумолимо-строгое выражение лица. Его брат прав: Фиона Хей очень умна и хитра, но и он не дурак.

— Двадцать голов дорого вам обойдутся, мистрис Хей. Я должен увериться, что не продешевлю и вещь, которую вы предлагаете в обмен, равноценна моему товару. Итак, что вы даете за скотинку?

— Свою девственность, — спокойно объявила Фиона, не опуская глаз. Она стояла прямо, высокая, стройная, гордая, словно бросая вызов могущественному лэрду Лох-Бре.