Эйлин пребывала в растерянности. Все в ее сознании перемешалось: проблемы животных, проблемы людей… Джонеси, она сама, Джонни… Сердце девушки колотилось как молот, когда Джонни смотрел на Пэйдж с восхищением, каким можно удостоить лишь самое прекрасное из земных творений, на Пэйдж, походившую на довольную и сытую кошку, на Пэйдж, объект поклонения всех мужчин. А потом в памяти всплывал образ Джонеси, бедняги Джонеси, сидевшего за своим столом и похожего на саму смерть.
Она отвела Чери в пентхаус, проведя с ней ровно час. Занятия утомили Эйлин как никогда. Сначала это ее удивило, но девушка поняла, что дело не в прогулке, а в тягостных мыслях, что тяжелым грузом лежали на душе.
Служанка забрала Чери. Эйлин вернулась к лифту, нажала кнопку вызова и в ожидании подошла к большому окну, любуясь чудесным видом тающей на горизонте ярко-красной полосы ушедшего за горизонт солнца. Заслышав звук подъезжающего лифта, Эйлин развернулась, чтобы идти к нему. Но застыла на месте. Прямо перед ней висело зеркало, и в нем отражались фигуры… О господи! Дэйл Кеннеди и Пэйдж стояли друг против друга. В зеркале Эйлин увидела лицо Дэйла и спину Пэйдж. Голод страсти на лице Дэйла, его горящие глаза потрясли Эйлин даже в ту секунду, когда Дэйл протянул руки к Пэйдж и прижал ее к себе. Очутившись в его объятиях, леди-босс издала тихий, самодовольный смешок, и Дэйл прижал ее еще крепче, потом наклонился и стал осыпать жадными поцелуями лицо, шею… Пэйдж слабо застонала и ответила поцелуем на поцелуй. Эйлин отвернулась и, незамеченная, пошла к лифту, и вскоре его дверцы сомкнулись за ее спиной.