— Да ну! Значит, не зря вас сюда занесло! Он же, кажется, в Крыму жил, на Украине!

Зашли в дом. Сразу попали в просторную кухню со старинным кожаным диваном со вспученным пружинным сиденьем и высокой деревянной спинкой, оканчивавшейся зеркалом.

Перед диваном стоял длинный сосновый стол.

— Садитесь! — кивнул рыбак. — Я сейчас.

Ник уселся, провел ладонью по гладкой столешнице.

— Это тоже моя работа, — оглянувшись, сказал рыбак. Он зажег плиту.

Зажужжала кофемолка в его руках. По деревянным ступенькам лестницы спустилась сонная женщина в ночной рубашке. Спустилась, уставилась непонимающе на Ника, потом на хозяина.

— Валя, ты что, не один? Ой! — Она поднялась обратно и минут через пять спустилась уже в халате.

— Это моя жена — Света. Да, а я — Валентин…

— Ник, — представился гость. — Извините, я не хотел вас потревожить…

— Я его на кофе позвал, — объяснил Валентин своей жене. — Из Душанбе приехал…

— Мне тоже свари, — попросила Света.

Красивая женщина, подумал Ник, глядя на жену Валентина. Изящная, высокая, большеглазая. Что-то аристократическое в ней есть.

Вспомнил о своей Тане. Она для него тоже была красивая, но ее красота была приземленная, крестьянская. Это не хуже и не лучше. Это просто две разных красоты…

Потом они сидели за сосновым столом. Света пила кофе и терла глаза.

Зевала.

— Мы вчера легли поздно, — объяснил Валентин. — Друзья из Киева приезжали.

До двух сидели, пили. Я, когда выпью, просыпаюсь в пять — полшестого. И все.

Поэтому — сразу на речку с удочкой.

— Сколько сегодня наловил? — спросила жена.

— Семь красноперок.

Она усмехнулась.

Там же Ник и позавтракал второй раз, после чего почувствовал, что засиделся в хлебосольном доме. Пора и честь знать.

— Вы еще приходите, если скучно будет, — сказал на прощанье Валентин.