В последнее время она стала нередко злоупотреблять его терпением, увлекшись планами матримониального устройства его будущего. У него возникло серьезное подозрение, что срочный вызов и на этот раз обернется очередным испытанием его взглядов на перспективное решение его личных проблем.

Вот наконец и знакомый особняк.

Роберт поднялся по широким ступенькам парадного входа, подошел к огромным дубовым дверям и нажал на звонок.

Дверь открылась прежде, чем мелодичный звук уплыл вдаль в прохладном сентябрьском воздухе.

– Привет, Жоан, – бросил он на ходу, вручая кейс и спортивную сумку коренастому молодому парню с бронзовой кожей, несколько грубоватыми, но мужественными чертами лица и непокорными черными кудрями. – Она у себя? Одна?

Жоан усмехнулся и отрицательно мотнул головой.

– Боюсь, что нет. Но на этот раз наживка более удачная. Весьма сексуальная на вид, огненно-рыжая, а ножки…

Роберт простонал.

– Боже мой, опять!

– Зря переживаешь раньше времени. Вначале посмотри на предлагаемый товар, а потом уже жалуйся, – фамильярно посоветовал дворецкий, одновременно помогая новоприбывшему освободиться от пальто. – Во всяком случае, она намного эффектнее трех предыдущих.

Роберт поднял руку, машинально потрогав пальцем небольшую наклейку на брови – след вчерашнего столкновения во время игры в гандбол, и спросил:

– Насколько эффектнее?

Собеседник опять выразительно усмехнулся.

– Потрясающе красива и потрясающе сексапильна. Огромные карие глаза, пухлый, чувственный рот, масса вьющихся огненных волос по всей спине. Тело просто убийственное. Одета вызывающе ярко, но стильно.

– Очень ярко?

– Похожа на помесь Анни Холл и Памелы Андерсон, – бросил Жоан через плечо, вешая пальто в шкаф.

– Комбинация Анни Холл с… – Роберта передернуло от этого видения. Его вкусы склонялись в пользу женщины типа Грейс Келли – изысканной, грациозной, сдержанной и элегантной. Плохо одетая бродяжка с растрепанными волосами, независимо от телесных достоинств, его не привлекала.