Первый год Татьяна еще ждала его, надеялась и придумывала оправдания, потом было больно, а позже прошла и боль. Выглядел супруг неожиданно хорошо: приличный костюм, легкий запах туалетной воды, свежая укладка. То ли он всегда так пижонил, то ли специально прифрантился для встречи. Так или иначе, это не имело значения, так как Таня стояла перед ним в старых папиных тренировочных, подвязанных поясом от маминого халата.

«Нарочно не придумаешь! – Татьяна чуть не плакала от злости и досады. – Выходной наряд бомжихи с соседней помойки. Даже если Вова и сомневался в правильности своего выбора, то сейчас он наверняка лишний раз убедился – прав. Сто раз прав!»

Нет, совсем не так представляла она себе эту встречу. Вернее, как и любая брошенная жена, она мечтала приподняться и как-нибудь красиво отомстить. В моральном плане, конечно.

– Что пришел? – равнодушно обронила Таня, зачем-то старательно протирая грязной тряпкой косяк. Словно демонстрировала: я страшно занята, так не терять же время, хоть помою тут…

– По делу. – Володя протиснулся в квартиру, брезгливо втянув живот и приподняв плечи, словно в дверях была не мать его ребенка, а навозная куча.

Как же ей хотелось от всей души шлепнуть вонючей тряпкой по его гордой спине, обтянутой тонким пиджаком!

– Ты не вовремя, – выдавила она опять нарочито равнодушно, но уже сдерживаясь из последних сил.

– Мне так удобнее.

Да, точно. Он всегда делал именно так, как ему удобнее. И ее с ребенком он тоже бросил, потому что так было удобнее.

– У тебя кто-то есть? – Он разговаривал по-деловому, словно приценивался к лошади на базаре. В этом вопросе не было ни ревности, ни хотя бы элементарного интереса.

– Я одна, все на даче.

– Ты прекрасно поняла, о чем я. – Вова даже не разозлился, просто констатировал факт.

– Тебе-то что?

– Просто спросил. У меня к тебе дело. Взаимовыгодное предложение, так сказать.