– Я знаю, - перебил его Top. - Дай мне доказательства. Тебе известно, что означает этот термин? Это когда одна сторона может документально подтвердить свои обвинения против другой стороны. - Он бросил яростный взгляд на спутника Райнера. - Что у вас есть, Ред? И честно предупреждаю - доказательства должны быть убедительными.

Мужчина лет пятидесяти нервно пригладил седые волосы.

– Насчет вздувания, наверное, слишком сильно сказано. Мне так кажется.

Райнер фыркнул и откинулся на спинку стула, довольно неустойчиво покачиваясь на двух ножках.

– Ну да, правильно. Андреа Константин - невинная овечка, а я ношу вместо тапок баклажаны!

Удар сильной руки смахнул его ногу со стола, и Райнер изо всех сил замахал руками, пытаясь удержаться от падения.

– Дай ему договорить, или тебе придется съесть эти твои баклажаны! - пообещал Тор брату, игнорируя его попытки сохранить равновесие. - Продолжай, Ред.

Тот прокашлялся.

– Это слово.., э-э… "вздувание"… Оно в самом деле предполагает некоторую намеренность со стороны мисс Константин. Ну.., а мы же не знаем, так ли это. Намеренно ли - я имею в виду. Думаю.., э-э.., тут небольшое недоразумение.

– Небольшое недоразумение, - вкрадчиво повторил Top. - Райнер говорит, что Андреа выставляет нашим магазинам счета в два раза больше, чем ее отец. Ник, шесть месяцев назад. И это вы называете небольшим недоразумением?

Ред судорожно сглотнул.

– Думаю.., э-э.., да.

– А я думаю - нет! - Тор уставился на брата. - Я просил доказательств. Где доказательства?

– Хочешь доказательств? Они у меня есть! - Похоже, Райнер стал заводиться. Он швырнул на стол Тора пухлый гроссбух, на обложке которого стояло: "Оптовый рынок Константина". - Вот тебе одно маленькое доказательство. Это счета за продукцию годичной давности, выставлены за полгода до смерти Ника Константина.