Джесси нашла место для ночной стоянки. Именно здесь мать Белого Грома, женщина по имени Широкая Река, всегда ставила вигвам. Но теперь здесь было так одиноко и пусто без ее большого друга и его семьи, без голосов детей и женщин, рассказывающих всякие истории за работой, и победных криков мужчин, возвращающихся с охоты. Это место сейчас показалось самым заброшенным на земле.

Джесси развернула походную постель, собрала хворост для костра и вспомнила, как впервые попала сюда восемь лет назад. Она ехала за своим отцом тайно, желая узнать, что он сделает с новорожденным, которого вез. Джесси хотела посмотреть, не бросит ли он ребенка умирать. Он был в бешенстве из-за того, что это снова девочка. Джессика знала: ребенок — ее сводная сестра.

Отец привез младенца к индейцам, и она успокоилась — девочку он передал ее бабушке. Индейская женщина, которая жила с Томасом целый год, умерла при родах. Она приходилась старшей сводной сестрой Белого Грома. Но об этом Джесси узнала гораздо позже.

Желая убедиться, что ребенок в безопасности, Джесси после отъезда отца вышла к индейцам. Мать Белого Грома отгадала, кто такая Джесси, — она очень походила на отца. Они с Джесси подружились, даже строгий отчим Белого Грома — Бегущий С Волком — принял ее. Он знал Томаса Блэра еще с конца тридцатых годов, когда они вместе ставили капканы и вместе торговали.

Джесси приезжала посмотреть на ребенка каждый месяц, пока позволяла погода. Ее назвали Маленькая Серая Птичка. Отец девочки не интересовался ею, и индейцы возмещали ей недостающее тепло.

На следующий год Джесси снова поехала на север. Она узнала, что ее сводная сестра умерла в холодную зиму. Джесси могла больше не ездить сюда, но для нее лагерь индейцев стал единственным местом, где она могла быть самой собой. Она даже одевалась здесь как девочка, чего отец никогда не позволял ей дома. И ее дружба с индейцами крепла, особенно с Белым Громом.