Она решила дождаться остановки на ночлег, тогда никто не будет ее контролировать, хотя эта желанная минута была еще далеко. Тряска на лошади целый день – удовольствие ниже среднего. Наконец Билл подал сигнал. Они въехали на заросшую травой поляну. Слева шумела горная речушка, справа виднелись вершины гряды Сан-Хуана. Высокая трава колыхалась под дуновением теплого вечернего ветерка, и где-то вдалеке щебетала птичка. Было поздно, солнце клонилось к закату. Всадники спешились и дали отдых своим измученным телам. Гейл стояла возле своей лошади, пытаясь заставить ноги принять нормальное положение, – встать прямо, желая только одного – поскорее найти укромный уголок за большим деревом. Однако подходящего случая не представлялось, все были обеспокоены тем, удастся ли разбить лагерь до наступления ночи. Она оглядывалась по сторонам, не зная, что надо делать. Ей не пришлось долго ждать. Билл дал указания ковбоям, а потом направился прямо к ней.

– Вы с Шелби оставайтесь здесь, мы подведем мулов и сбросим поклажу. Разложите ее у того дерева и начинайте распаковываться. – Он указал направо. – Мы с Маком соорудим походную кухню, а остальные займутся скотом. Как только скот будет накормлен и огорожен, поставим палатки. Обед должен быть в течение часа. Я голоден. Остальные тоже. Так что поторопитесь.

Гейл удалось выдержать его взгляд. Она поднесла правую руку к виску и козырнула в шутливом приветствии.

– Да, сэр, – весело сказала она в ответ. Не отрывая от него взгляда, она заметила, как его зрачки заискрились. Внезапно взгляд его карих глаз смягчился. Теперь он смотрел прямо и просто, но почему-то это заставило Гейл отвести глаза. Она почувствовала, что горло сдавило от волнения, а сердце учащенно забилось.