– Мак? Так ты знаешь этого ковбоя, Шелби? И когда вы успели так близко познакомиться, подружка?

Она поступила неосмотрительно, подняв вверх правую руку.

– Шелби, друзья так не поступают. Когда мы выберемся отсюда, я непременно должна принять горячую ванну с пеной и выпить пинту двойного «Фидж Риппла». Ты не завлечешь меня и половиной ковбоев из Дюранго.

Шелби повернулась в седле.

– Но, Гейл, честное слово, – жалобно протянула она.

Гейл, честно, было наплевать на всех ковбоев. Она предпочла бы костюм, блузку и сведения о ставках и о бегах на любой день. Ей мог понравиться мужчина в новой кожаной куртке, пахнущий лосьоном после бритья. Мужчина, сидящий за рулем блестящего спортивного автомобиля, а не верхом на лошади. Гейл была не против иметь друга, который приносил бы розы. Билл Уинчестер не подходил для этой роли.

Да и вообще она дорого дала бы за то, чтобы сидеть сейчас не на потной лошади, а у себя в кабинете. Или, на худой конец, на конференции.

– Красиво, правда? – послышался восторженный голос Шелби.

– Да…

В ту же секунду Гейл перестала бояться. Перед ними раскинулся прекрасный ландшафт. Внизу лежала долина, которую они покинули часом раньше. Изменяющиеся оттенки красного и коричневого смешались в калейдоскопе не известных ей горных цветов. Восхитительное высокое небо дополняло эту картину. По сторонам величественно возвышались горы. Это было захватывающее зрелище.

Голубые долины Кентукки, где выросла Гейл, были по-своему красивы, но такого ей еще видеть не приходилось. Вслух она сказала:

– Я все еще не могу поверить, что ты уговорила меня. Если я выберусь отсюда живой, с тебя угощение.

– Годится.

Шелби повернулась и улыбнулась. Гейл заметила, как подруга смотрит на Мака, который приближался к ним.

– Скачем дальше, девушки?

Его слова относились к ним, но он широко улыбнулся Шелби. Она тоже с улыбкой кивнула в ответ. Он подмигнул и ловко повернул свою лошадь.