В оседающих клубах пыли она разглядела мыски коричневых сапог, и ее сознание медленно прояснилось…

Выцветшая хлопчатобумажная ткань, чуть-чуть лопнувшая и изношенная по рубцу, плотно облегала запыленные сапоги. Устремив взгляд вверх, она заметила джинсы «Ливайс», плетеный кожаный пояс с потемневшей серебряной пряжкой, продетый сквозь шлейки. Выше она увидела хлопковую ковбойскую рубашку особого покроя. Руки были опущены вниз по бедрам и сжаты в кулаки. Манжеты рубашки были закатаны и обнажали темные волосы на загорелой коже. Гейл проглотила слюну. В области желудка появилось странное болезненное ощущение.

Она поднесла руку ко лбу, чтобы защитить глаза от яркого солнца, и старалась разглядеть его лицо. Но все, что она увидела, была большая тень от широкополой ковбойской шляпы. По горам разнеслось звучное эхо от его голоса.

– Что ты делаешь, черт возьми?

Яркий свет вспыхнул перед глазами Гейл, и сознание снова померкло. Ее последней отчетливой мыслью было, что ковбой Билл, наверное, сошел с ума.

Как только Билл Уинчестер смерил взглядом бойкую блондинку, пытавшуюся оседлать старую Роузи, он понял, что эта поездка скорее всего затянется. С недавней поры он решил, что будет настаивать на отборе опытных, хорошо подготовленных для таких походов наездников.

Тогда ему не пришлось бы иметь дело с милыми туристочками, которые только глазки строят, а умение держаться в седле считают плевым делом.

Когда год назад его приятель Мак предложил использовать ранчо для организации вьючных поездок, сначала Билл не оценил эту идею. Он, как и отец, был простым скотоводом. Его отец никогда не искал других средств существования. Но времена изменились, цены на скот упали. Окрестности Дюранго были вполне подходящими для турбизнеса.

Наконец Билл сообразил, что это может оказаться весьма прибыльным делом. Результат превысил все ожидания. Они получили очень хорошие деньги. Таким образом Билл стал почти бизнесменом, а Мак – ведущим менеджером, и они оба очень серьезно относились к своему делу.