— Да вы сумасшедшая! — в ужасе прошептал Уолтер, схватившись за свой револьвер.
Джессика не пыталась помешать ему, лишь пристально следила за его рукой, надеясь, что он выхватит-таки оружие. Кэллен увидел этот огонек надежды в ее глазах и медленно убрал руку.
— Трус! — прошипела она. Ей надоело играть с ним. — Собирай свое барахло, Кэллен, и чтобы до захода солнца ни тебя, ни твоих людей и духу здесь не было! Посмей проигнорировать мои слова, и я превращу твою жизнь в ад. На этой земле тебе нигде не удастся скрыться от моей мести.
Такого оборота он не ожидал.
— У вас нет никакого…
— К черту, Кэллен!
Он умоляюще посмотрел на ее мужа.
— Саммерс, вы не могли бы угомонить свою жену?
— Я уже оказал тебе одну услугу, сукин ты сын! — рявкнул Чейз. — Помешал ей снести тебе череп! Все ее требования — сущая ерунда в сравнении с тем, что ты заслужил! Поэтому не вякай! Тебе повезло: один из твоих работников — собутыльник моего бригадира. И тебе чертовски повезло, что ему не пришлось скакать к нам на ранчо, а он нашел нас на пастбище. Но на этом твое везение кончилось. То, что ты сделал, — чудовищная дикость, не свойственная даже зверю.
— Я был в своем праве, — запротестовал Уолтер. — Он совратил мою дочь.
— Эта хладнокровная сучка, которую ты называешь дочерью, сама вешалась ему на шею, — фыркнула Джесси, отодвигаясь чуть в сторону, чтобы дать вынести матрас. Фургон к этому времени уже подогнали. — И вот что я скажу тебе напоследок: если он умрет, ты — покойник, Кэллен. Поэтому тебе лучше хорошенько помолиться по дороге из Вайоминга.