Однако Куб был ой как непрост! "Статус-кво" ему удалось восстановить довольно быстро, и к началу девяностых они вновь поменялись ролями...

Впрочем, с мнением Бакса несомненно считались, а доля его в каждом успешно завершенном деле оказывалась неизменно ненамного меньше уверенно державшего фишку Куба...

Так следовало или нет проверять, да еше столь кровавым методом, давнего дружбана, вполне способного чувствовать себя на данном этапе жизни уязвленным - даже вопреки его особому положению? Ответить с полной уверенностью на этот вопрос Куб не мог. В собственных глазах его оправдывало /только одно: если бы Бакс надумал его,- Куба, сдать, никакой речи о том, чтобы отмазаться, идти не могло. Слишком много знал друг его далекого детства...

Но в данный момент отправлялся Куб совсем даже не к нему, а к Солохе и Ивану. Той самой Солохе, чей супруг тогда, в шестидесятых, совсем не помешал Кубу завести с внезапно вылупившейся из прежней подружки красоткой бурный роман... Подозревал ли что-либо по этому поводу молчаливый Стеклов, Куб не знал и по сей день. Да и в тот момент, когда он после многолетнего перерыва встретил годика три назад бывшую любовницу, превратившуюся в уродливую старуху после, как выяснилось, двух прогулок на зону, никакого значения это уже не имело.

Рассеянно скользя взглядом по пролетавшим за окном машины знакомым улицам и проспектам, Куб вновь погрузился в воспоминания. Правда, уже не столь давние.

Три года назад Солоха явилась к нему сама. С легкой брезгливостью разглядывая старушонку, замотанную в дешевые тряпки, ничем не напоминавшую его бывшую любовницу, Куб размышлял, как бы половчее отказать этой супружеской парочке, клянчившей у него работу. Наконец, решил, что лучше всего сделать это прямо:

- Ну, кому сейчас нужно ваше умение лазать по чужим карманам? - Он искоса глянул на Стеклова, притащившегося вместе с супругой и, как всегда молча, сидевшего поодаль.

- Мне, скажем, сейчас если кто и нужен - так это профессиональные киллеры...