Чувствуя, что терять ему нечего, Андре решил сказать правду.

— Мне кажется, что дядя зарыл деньги и другие ценности где-нибудь в своем имении. Поскольку его сыновья погибли, глава семьи теперь я, так что наследство принадлежит мне по праву.

— Я буду удивлен вашему везению, если наш доблестный император приберег его для вас, — ответил Жак.

— А нельзя ли как-нибудь разузнать, нашли имущество моего дяди или нет? — спросил Андре. — Если клад еще не обнаружен, я намерен отправиться на дядину плантацию и найти его.

Жак Дежан развел руками.

— Вы намерены… — насмешливо повторил он. — Это ведь не так просто. Поверьте мне, и навести справки, и разыскать клад страшно трудно!

— Ладно тебе, Жак, — вмешался Кирк. — Ты не хуже меня знаешь, что если кто-то во всем Гаити способен помочь Андре, так это ты. Должен же быть какой-то способ узнать, кого Дессалин ограбил, а кого — нет. Я слышал, в горах у него собраны огромные запасы наворованного добра.

— Это правда, — кивнул Жак. — Но наш император не умеет писать, он не ведет счетов, и я сомневаюсь, что он кому-нибудь доверит пересчитать свои трофеи.

Андре пожал плечами. Он подумал, что поиски могут зайти в тупик, если они не найдут другого пути.

— Но кто-то ведь должен это знать!

— Пожалуй, есть одна особа, которой может быть известно, попало ли к Дессалину добро де Вилларе, — задумчиво сказал Жак.

— Кто же это? — с любопытством спросил Кирк.

— Оркис! — кратко ответил Жак.

— Оркис! — воскликнул капитан. — А она разве в Порт-о-Пренсе?

Жак кивнул.

— Она обосновалась в резиденции Леклерка и выдает себя за сестру Наполеона Бонапарта, на которой был женат генерал Леклерк. После смерти мужа мадам Леклерк вернулась в Европу и получила титул «ее императорское высочество Полины Боргезе».

— Оркис выдает себя за сестру Наполеона! — в удивлении воскликнул Кирк. — Какая чушь!