– Аристид приехал, – сообщила Филиппа. – Мы пообедаем вместе, а потом он отвезет меня на континент.

– Вы уезжаете? – спросила Рейчел.

– Да. Мне пора вернуться к моему садику.

– Спасибо, что вы помогли мне разобрать вещи Андреа.

– Мне было приятно помочь тебе. Я оплакивала смерть моего дяди, а ты заставила меня отвлечься.

Это мне надо благодарить тебя.

Рейчел не знала, как отреагировать на сказанное и на заинтересованный взгляд Себастьяна. Ей показалось, что она похожа на мошку, которая залезла в кувшин и теперь не может выбраться наружу.

– Вы мне очень нравитесь, – наконец произнесла она, и Филиппа улыбнулась.

– Я испытываю то же по отношению к тебе.

К счастью, Себастьян сказал, что Рейчел нужно привести себя в порядок перед обедом, тем самым позволяя ей скрыться.

Себастьян посмотрел вслед раскрасневшейся Рейчел.

– Она не знает, что ответить на комплимент.

– Полагаю, от матери она слышала не много теплых слов, – ответила его мать, когда они спускались по лестнице.

– Я тоже так думаю.

– Андреа Дамакис принесла много горя нашей семье.

– Да, – согласился он, все еще думая о Рейчел.

Они вошли в столовую. Филиппа бросила на сына один из тех загадочных взглядов, которые он никогда не мог понять, и тихо проговорила:

– Но быть дочерью такой женщины, наверное, еще больнее.

– Рейчел не сделала ничего, чтобы как-то повлиять на свою мать.

– Она не имела на нее влияния.

– Или же она ценила свой покой гораздо больше, чем покой старика.

Разочарование промелькнуло в темных глазах Филиппы, и Себастьян сжал губы, поняв, что она оправдывает Рейчел.

Он повернулся, чтобы поприветствовать Аристида, но его мать еще не закончила беседу.

Филиппа встала между ним и братом.

– Неужели ненависть к ее матери помешает тебе поддаться влечению, которое ты испытываешь к ней?

– Яне...