Джаред ничего не ответил, и Лили, вздохнув, стала смотреть в окно, из которого открывался грандиозный вид на озеро Мичиган и Оук-стрит. И хотя было уже начало октября, пляж заполняли любители загара, медленной ходьбы, дети и взрослые, прогуливающие своих собак. Лили с интересом наблюдала за ними.

– Джаред, нам действительно надо связываться с охраной?

– Да, – твердо ответил Сейерс. – Если ты еще не забыла, что кто-то пытался тебя похитить сегодня.

Если бы только она могла это забыть. Лили потерла руки, вздрагивая каждый раз от боли, когда прикасалась к кровоподтекам, образовавшимся от железной хватки похитителя.

Лили продолжала смотреть на отдыхающих на пляже, на яркие краски за окном, и ей вдруг показалось, что номер, еще сегодня утром такой очаровательный и просторный, вдруг стал маленьким, скучным и даже душным.

Она посмотрела на небольшую группу одетых в костюмы детективов и офицеров в форме, разговаривающих у ее двери. Среди них был и дежурный полицейский. Он присутствовал в аудитории, когда на Лили напал похититель, и потом погнался за ним. У двери номера дежурила охрана отеля. Ничего Лили не хотелось так, как каких-нибудь пяти минут для себя, чтобы как следует выплакаться, но полицейские настаивали, чтобы она находилась в номере, ожидая прибытия телохранителя.

Телохранитель. Воображение Лили рисовало мрачного, с квадратной челюстью агента Федерального бюро расследований, одетого во все черное. Она невольно содрогнулась от ужаса.

За тридцать с небольшим лет жизни ей никогда не приходилось сталкиваться с чем-то вызывающим беспокойство. С момента нападения она не переставала спрашивать себя, почему кому-то захотелось убить ее.

Никто не мог дать ей ответа на этот вопрос, но по всему было видно, что это не простая случайность.

Стук в дверь отвлек Лили от ее невеселых мыслей, и, обернувшись, она увидела лицо серьезного молодого человека, начальника охраны отеля, просунувшего голову в дверь ее номера.