– А почему ты остался?

Майсгрейв ничего не ответил, но король и не нуждался в его словах. Они стояли лицом к лицу – король и его вассал, бывшие соперники из-за прекрасной женщины, в это утро ставшие близкими людьми. Их так и схватили вместе. Но вскоре по приказу Делателя Королей Майсгрейва отпустили, и он не узнал, насколько бурной была встреча Эдуарда Йорка с человеком, который сначала подарил ему, а теперь отнял у него трон.

Им было о чем поговорить, и их беседа протекала столь бурно, что, не вмешайся брат Уорвика, епископ Йоркский, павшему венценосцу не сносить бы головы. Впрочем, впоследствии граф был благодарен брату за то, что тот удержал его от варварского поступка, не давшего повода для злословия его врагам. Однако оставлять Эдуарда в живых он не собирался. Поручив его епископу Невилю, Уорвик повелел заточить незадачливого короля в замке Мидлхем. Час торжества Уорвика пробил. Прошло всего одиннадцать дней с тех пор, как он ступил на землю Англии, и вот эта страна у его ног. Враги повержены, Генриху Ланкастеру возвращен трон, и сам король на заседании парламента торжественно вверил своему спасителю управление страной. Со всех сторон к Уорвику спешили сторонники, и не было в королевстве человека, который не признал бы его власти.

В Вестминстере, пока полубезумный Генрих Ланкастер вел тихое существование монархаотшельника, Уорвик создал блестящий двор, окружив себя аристократами-ланкастерцами и перешедшими на его сторону йоркистами. Своим первым помощником граф избрал Джорджа Кларенса, родного брата свергнутого узурпатора. Среди придворных тогда много толковали о странности этого союза второго Йорка и Делателя Королей. И хотя Джордж получил от тестя неимоверное количество привилегий, земельных наделов и даже, в случае бездетности Ланкастеров, право на трон, все же поразительно было видеть, как они близки, особенно теперь, когда Ричард Невиль готовился казнить старшего из Йорков.