— Я предлагаю вам гостеприимство моего дома, мистер Блэкхорн. Вам нет нужды торопиться.

— Думаю, так все-таки будет лучше, — сухо ответил Блэкхорн.

Ее гостеприимство, возможно, было таким же холодным и неприятным, как вчерашняя каша. Но, судя по ее надменным, кальвинистским манерам, она, должно быть, научила девушку знать свое место и подчиняться.

— Если вы уверены, я сейчас приведу ее. Она целый день занимается домашней работой. Пожалуйста, простите ее внешний вид. Мадлен всегда упорно трудится.

— Весьма рад слышать это. Нет нужды извиняться за ее внешний вид. Мы оба знаем, что добродетель — это внутреннее свойство. — Он улыбнулся, когда она закивала в горячем согласии: так, значит, вот что задело чувствительную струнку ее гугенотской души.

— Я сейчас же приведу ее.

Клод выскользнула из комнаты. Она нашла Мадлен во дворе и испугалась. Девчонка была чумазая.

— Идем со мной, — сказала она повелительно. — И не вздумай выкинуть никакой глупости, у нас важный гость, который хочет поговорить с тобой.

Мадлен лихорадочно соображала. Ведь не может же быть, чтобы этот прекрасный смуглый незнакомец хотел познакомиться с ней? Прежде чем ей удалось собраться с мыслями, костлявые пальцы Клод вонзились в ее плечо с поразительной силой.

— Слушай меня, племянница, слушай внимательно. Отец мистера Блэкхорна — старый друг твоего отца. Ты будешь кроткой и вежливой с ним. Одно твое несдержанное слово, и я обещаю, что ты неделю не будешь есть и никогда больше не увидишь это грязное чудовище. Я уничтожу его! А теперь сними этот отвратительный платок с головы и…

— Госпожа Дево, джентльмен говорит, что ему скоро нужно ехать. — Служанка Лета ворвалась в заднюю гостиную и, задыхаясь, присела в реверансе. — Он не будет пить чай и послал меня просить мисс Мадлен.

Клод смотрела, как Мадлен стянула с волос пропитанный потом красный платок. Волосы рассыпались влажными, спутанными локонами по плечам и по спине.