– С таким скромным количеством слуг ни дом ни сад не получали надлежащего ухода.

– Берк предпочитал тратить деньги на светскую жизнь в Лондоне. – Чарльз бросил на дочь взгляд, в котором читалось сожаление, что она не помнит своей матери. – Ты будешь чудесной хозяйкой поместья. Но должен тебя предупредить, что как только мы окончательно устроимся, я на несколько недель уеду.

Она в смятении посмотрела на отца.

– Это так уж необходимо? Я надеялась, что теперь, когда у нас появился дом, мы в нем и останемся.

– Так и будет, Мария, – рот у него скривился. – Я уже не молод и мысль об уютном доме манит меня. Но мне нужно... заняться кое-какими семейными делами.

– Семейными делами? – изумленно повторила Мария. – Не знала, что у нас есть какие-то родственники.

– У тебя их целый выводок. – Отец отвел глаза и теперь снова смотрел на море. – Я был паршивой овцой, и отец отрекся от меня. И правильно сделал, надо признать. Но теперь, когда я достиг солидного положения, пришло время наводить мосты.

Семья. Какое странное понятие.

– У тебя есть братья и сестры? У меня могут быть кузены и кузины?

– Кузины точно есть. Не то чтобы я с ними встречался. – Он вздохнул. – Я был необузданным молодым человеком. Я начал взрослеть, только когда мне пришлось нести ответственность за тебя.

Она пыталась себе представить, что это такое – иметь других родственников кроме отца.

– Расскажи мне о твоей... о нашей семье.

Он покачал головой.

– Я ничего больше не скажу. Не хочу, чтобы ты расстраивалась, если окажется, что мне все еще запрещено там появляться. Я и в самом деле понятия не имею, что меня там ждет. – Выражение его лица стало суровым.

– Не сомневаюсь, что хотя бы некоторые родственники будут рады твоему возвращению, – она попыталась, чтобы в ее голосе звучало поменьше жадной надежды. – Может, я смогу их навестить?