После целой, казалось, вечности, проведенной в холодной воде, окоченевшего и отчаявшегося, его вытащили на берег. То, что он оказался на суше, вывело его из транса, близкого к состоянию смерти, что и позволило ему так долго цепляться за жизнь. Он с трудом вспомнил, как ковылял с чьей-то помощью, то проваливаясь в темноту, то снова возвращаясь к... совершенству.

Женщина, склонившаяся над ним, казалась скорее мечтой, чем реальностью, но тепло, исходившее от нее, было вполне ощутимо. Ее карие глаза были приятного теплого оттенка, а идеальный овал лица обрамляло облако золотых волос. В свете лампы от нее исходило сияние. Раздумывая, не утонул ли он и не попал ли в другую реальность, он поднял дрожащую руку, чтобы погладить эти прекрасные вьющиеся пряди. На ощупь они походили на тонкий газовый шелк.

– Теперь вы в безопасности, – она откинула назад свои длинные волосы и связала сияющую массу простым узлом на затылке. Каждое ее движение было наполнено неповторимым изяществом. – Вы говорите по-английски?

Ему пришлось подумать, прежде чем ответить на этот вопрос. Английский. Язык. Понимать. Он облизал сухие губы и прошептал:

– Д... да.

– Хорошо. Это упрощает дело, – она скользнула рукой под его плечи, приподняла, и поднесла к его губам стакан воды. Он жадно глотнул, подумав при этом о той странности, что ему так необходима вода, которая едва его не убила. Он был настолько слаб, что даже не мог пить без посторонней помощи, это было унизительно.

Когда он напился, она убрала стакан и осторожно уложила его обратно. Она была в халате, хорошо скрывавшем ее фигуру, тем не менее, ее дезабилье было восхитительно соблазнительным.

– У вас такие зеленые глаза, – заметила она. – Удивительное сочетание с таким темным цветом лица.

Его глаза были зелеными, а остальное тело – темным? Он поднял голову и посмотрел на свою правую руку. Кожа была средне загорелой, примерно на полдюжины оттенков темнее, чем ее кожа цвета слоновой кости. Он осознал, что понятия не имеет, как он выглядит, не считая загара и синяков. Или должен выглядеть.