Кроме яхты «Гогенцоллерн», которая одним своим видом демонстрировала намерения Германии затмить всех на королевской регате, кайзер привел с собой еще и гоночную яхту, спроектированную так, чтобы превзойти «Британию» принца Уэльского. Что и случилось. Все в Англии знали, что принц был задет и очень расстроен, и сочувствовали ему.

И лорд Белгрейв, и многие другие государственные мужи знали, что Германская империя и в политическом аспекте стремится доминировать на континенте.

Но еще большую тревогу вызывали ее намерения бороться за «место под солнцем» за пределами Европы.

Все это всплыло в памяти Симоны, пока она стояла у окна и смотрела в сад.

Она понимала, что совершенно случайно столкнулась с чем-то очень серьезным и даже опасным. Возможно, это добавит еще больше враждебности в отношения между ее страной и Германией.

Конечно, этого не должно было произойти. Вопрос в том, что ей теперь делать.

Прежде всего, ей не следовало входить в кабинет барона без приглашения.

Но ведь она вошла туда и таким образом подслушала, что хозяин дома и человек, который, как она поняла, был доверенным лицом кайзера, планировали шпионить за англичанином.

— Мне придется рассказать ему об их замыслах, — сказала себе Симона. — Я не могу допустить, чтобы за ним следили, чтобы какая-то женщина соблазнила его и выведала наши секреты. Располагая ими, Германия может решиться напасть на другие страны.

И если то, что она слышала о враждебности между кайзером и принцем Уэльским, правда, то первым государством, которое подвергнется агрессии, может стать ее собственная страна.

— Я должна что-то сделать! — повторяла Симона.

В то же время она страшилась совершить что-нибудь такое, что покажется коварством с ее стороны и доставит неприятности хозяевам дома, которые так добры и внимательны к ней.