— Хочу, чтобы ты кончил сюда! — шепнула Эмили, улыбаясь.

Скотт застонал, лег на ее живот. Через несколько секунд Эмили ощутила, как горячая жидкость растекается по ее телу, но сердце забилось чаще — она обо всем догадалась. Он словно оставлял на ней свою печать. Как будто она была его собственностью. И он хочет, чтобы все повторилось. Неужели она все также бессильна перед ним? Эмили почувствовала липкий страх. Она не может вырваться из-под его власти…

— Я хочу, чтобы на тебе осталась часть меня.

Она прикусила губу и молча кивнула, чтобы скрыть свои чувства. Он помог ей подняться. Затем он сам одел ее, застегнул блузку и юбку и, отвернувшись от нее, оделся сам. Через пару минут никто и не подумал бы, что этот сдержанный господин только что стонал от наслаждения в ее объятиях.

Удивительно, но на ее столе не было никакого беспорядка — ничто не свидетельствовало о том, что на нем только что занимались любовью.

Скотт поцеловал ее на прощание.

— Увидимся, — бросил он и вышел.

Дороги были свободными, когда Скотт ехал к себе домой. Быстрая езда всегда успокаивала его. Но сегодня все было не так, как обычно. Он помнил, как Эмили инстинктивно сжалась, закрывшись руками, словно хотела защититься, когда услышала его последние слова. И знал, что сознательно обидел ее резкостью тона. С другой женщиной он никогда бы себе такого не позволил, но Эмили… она заслужила подобное отношение. Ведь она была для него не просто девицей, с которой можно приятно провести время, он видел в ней нечто большее.

Снова вспомнив об Эмили, Скотт в какой уже раз отметил, что она, ее обман сумели на долгие годы сделать его почти женоненавистником. Он, конечно, не чурался женщин, но ни одной из них не мог довериться. После Эмили все они казались Скотту расчетливыми лгуньями.

Однако он совсем не был уверен, что поступает правильно, встречаясь с Эмили. Скотт чувствовал, что способен вновь потерять голову и наделать глупостей. К этой женщине его притягивало будто магнитом, и Скотт не мог бороться с этим опасным наваждением.