Однако держалась Эмили на диво спокойно. Возможно, она слишком много нервничала и переживала все предыдущие дни, так что сегодня на переживания у нее просто не осталось душевных сил.

Но вечером, когда Эмили пришла домой, тревога вновь охватила ее. Она пообещала Скотту встретиться с ним послезавтра. Уже послезавтра! Она не хотела этого, противилась этой встрече. После того как Скотт унизил ее перед коллегами и публикой в студии, заляпав своей спермой ее юбку, Эмили не желала иметь с ним ничего общего. Их договор, на который она так легкомысленно согласилась, теперь представлялся ей страшной казнью, какой-то Голгофой. Если Скотт попробует прикоснуться к ней, ее стошнит от омерзения.

Однако она обещала встретиться, и обязана сдержать свое слово. Возможно, эта встреча наконец поставит точку в их мучительных отношениях. Она выскажет ему в лицо все, что думает о нем и всех прочих мужчинах. И после этого он оставит ее навсегда в покое, а она тоже навсегда забудет о нем. Но где-то в глубине подсознания Эмили ощущала: забыть о Скотте она не сможет никогда, что бы ни произошло в ее жизни.

Следующий день стал для Эмили настоящим испытанием. К ней на работу позвонил отец Кейт, Крейг Уитт, и говорил с ней так, словно она обманула его ожидания во всем. Они так надеялись на ее защиту! В его голосе звучало заученное выражение оскорбленной добродетели.

– Но я сделала все, что могла, чтобы вам помочь, – неловко оправдывалась Эмили.

– Пожалуйста, не надо извинений. Мы все отлично поняли. Значит, это правда, – буркнул мистер Уитт.

– Что – правда? Я вас не понимаю, – сконфузилась Эмили.

– То, что вы – любовница этого Грирсона. И вы состоите с ним в сговоре, чтобы выгородить мерзавца Хэриета! – кипятился Крейг Уитт. – Надо было обратиться к другому человеку!

– Вас неправильно проинформировали, мистер Уитт, – пыталась лепетать она в свое оправдание. – Я и мистер Грирсон… между нами ничего нет.