— Насчет своей смерти можешь не беспокоиться, — продолжал ее брат неумолимо. — Ты хоть представляешь себе, какое сегодня число?

— Сегодня? — Она взглянула на него, и тут же глаза ее расширились от страха, рот она прикрыла рукой. — Восемнадцатое! Вторник, восемнадцатое!

— Вот именно!

— Но что же нам делать?

— Ты должна точно следовать моим указаниям, причем тебе придется проявить все свое искусство, чтобы у Чарда исчезли последние подозрения. Одна-едииственная ошибка, один неверный шаг — и я окажусь на виселице или меня сошлют на каторгу.

— Нет, Хьюги! Нет! Нет!

Леона сжала его в объятиях, но он оттолкнул ее.

— Сейчас не время для истерик, — отрезал он. — Нам нужно действовать. Чарда мы поместим в Китайском кабинете, в восточном крыле, а для Николаса Уэстона распорядись подготовить Дубовый кабинет. А я достану самое лучшее вино. Мы должны устроить для них хороший обед.

— Но… но у нас нечего есть.

— Ну так найди что-нибудь! На ферме всего вдоволь, не так ли?.. Цыплята, голуби, молочный поросенок… Пошли кого-нибудь в деревню. Прикажи подать такой обед, чтобы они остались довольны, а главное, чтобы им не пришло в голову вставать из-за стола и идти куда-то на ночь глядя.

— Они не могут прийти сюда! — закричала Леона, но брат продолжал, словно не слыша ее слов:

— Как только с обедом будет покончено и ты удалишься, тебе надо будет пойти к Лью и рассказать ему о случившемся.

— Я не могу! Ты же знаешь…

— Ты будешь делать то, что я тебе говорю, — грубо прервал ее брат. — К счастью, он пока не успел отплыть.

Ему пришлось остаться на берегу, искать замену носильщикам. По его словам, за последнее время было слишком много несчастных случаев… Ты найдешь его в пещерах. Возьми с собой фонарь и ступай осторожно, дорога неровная.

— Хьюги, я боюсь!

— Хочешь увидеть, как меня повесят?

— Даже не думай об этом! Господи, какой ужас!