Когда Макс доплелся до лестницы, ведущей вверх, то решил подняться по ней. Ноги дрожали, и он уже чувствовал, как усталость овладевает им. Но гордость наравне с любопытством влекла вперед.

Дом был построен из гранита, спокойного и крепкого камня, ничуть не портившего причудливую архитектуру. Макс ощущал себя исследователем замка, несокрушимого оплота истории, который занял пост на скалах и держался там вот уже несколько поколений.

Потом услышал современное гудение мотопилы и вырвавшееся мужское проклятье. Подойдя ближе, узнал характерные звуки строительного процесса — удары молотка по дереву, жестяную музыку из портативного радио, визг сверла. Когда дорожку перегородили козлы, древесина и непромокаемый брезент, он понял, что нашел источник шума.

Из еще одних дверей на террасу вышел мужчина, вокруг загорелого лица топорщились светло-рыжие волосы. Он искоса взглянул на Макса, потом засунул руки в карманы.

— Вижу, уже встали и бродите вокруг.

— Более или менее.

«Парень выглядит так, словно по нему прошлось стадо мулов, — подумал Слоан, — Мертвенно-белое лицо, синяки под глазами, кожа блестит испариной от напряжения. Держится прямо только благодаря отчаянному упрямству». Слоан только укрепился в своих подозрениях.

— Слоан O'Рили, — назвался он, протягивая руку.

— Максвелл Квартермейн.

— Я слышал. Лила сказала, что вы профессор истории. Взяли отпуск?

— Нет. — Макс нахмурился. — Нет, я так не думаю.

В его глазах Слоан увидел не уклончивость, а замешательство наравне с расстройством.

— Полагаю, все еще не пришли в себя.

— Наверное.

Макс машинально коснулся повязки на голове.

— Я был на судне, — пробормотал он, напрягаясь, чтобы оживить память. — Работал.