— О мисс, вы такая умница.

Шона тревожно вздохнула.

— Это было не очень умно с моей стороны, но ничего получше мне в голову тогда не пришло.

Прошло довольно много времени, прежде чем вернулся дворецкий.

— Его светлость готов вас принять, — объявил он. Шона встала с дивана.

— Очень любезно с его стороны, — ответила она.

— Следуйте за мной, пожалуйста.

Уже на выходе из комнаты Шона обменялась взглядами с Эффи и в последний момент скрестила пальцы.

— К вам пожаловала миссис Уинтерс, милорд, — сказал дворецкий, пропуская девушку вперед.

Шона вошла в библиотеку, такую же мрачную, как и весь дом. Маркиз стоял у окна и смотрел на раскинувшийся внизу сад.

Когда он обернулся, солнце оказалось у него за спиной.

На секунду Шоне показалось, что голова и плечи маркиза окружены сияющим ореолом, словно он спустился с небес.

Стряхнув с себя наваждение, она поняла, что маркиз — все же необыкновенный мужчина: высокий, не менее шести футов роста, стройный, с красивыми чертами лица. Глаза, темные и блестящие, казалось, видели Шону насквозь.

Определить его возраст было нелегко. Ему явно было за тридцать, но, вероятно, меньше сорока. Волосы у него были темно-каштановые, а не седые, как предполагала Эффи.

Прежде всего бросалось в глаза то, что этот человек выглядел измученным, и возраст тут был ни при чем.

Измученным. Да. Именно так.

Шона вспомнила историю, поведанную Эффи. Историю о женщине, которую он любил, убитой выстрелом в сердце.

Возможно, его мучили воспоминания об этой женщине.

— Насколько я понял, вас сюда прислала вдовствующая герцогиня Грешем? — уточнил он.

— Да, — подтвердила Шона. — Она сообщила мне, что вы ищете человека, который говорил бы на нескольких иностранных языках. Так вот, я свободно владею французским, испанским, итальянским и греческим.