— Потому что собираюсь выйти замуж, сказала Леттис Кноллиз.

— Замуж? Я не слышал об этом.

— Это секрет, и ты должен поклясться, что никому о нем не скажешь.

— Под словом «никому» ты подразумеваешь королеву. Разве тебе не нужно ее разрешение, чтобы выйти замуж, Леттис? Она же родня тебе.

— Я вдова, Конн, а не какая-то девушка, краснеющая от первого взгляда. Ни я, ни мои дети никогда не будут представлять угрозы для трона моей кузины, но ты же знаешь, какова она, Конн! Она откажет мне просто из-за злорадства.

— Верно, — согласился Конн, который не питал никаких иллюзий относительно королевы, хотя лично ему она нравилась.

— Обещай мне, что ничего не скажешь, — настаивала Леттис и, наклонившись, укусила его за мочку уха.

Потянувшись, он сжал одну из ее белоснежных грудей своей большой рукой.

— Скажи мне сначала, кто этот счастливый жених.

— Не скажу, пока ты не пообещаешь мне хранить молчание, — сказала Леттис.

— Леттис, к чему ты клонишь? — У Конна О'Малли неожиданно возникло предчувствие несчастья.

— Сначала поклянись!

— Сейчас я не уверен, нужно ли мне знать это или хочу ли я это знать, — сказал Конн.

Ее хорошенькое личико склонилось к его лицу, рыжие волосы рассыпались по плечам.

— Конн, прошу тебя! Ты не просто хороший любовник, ты друг, и, говоря откровенно, единственный друг, которому я доверила бы эту новость. Должна же я кому-то рассказать! — закончила она с отчаянием.

Он вздохнул. Он всегда был мягкосердечен, и ее мольба тронула его. Нет, если быть честным перед самим собой, ему льстила ее просьба.

— Ладно, Леттис, клянусь, что никому не скажу ни о твоих планах, ни о личности твоего жениха, но предупреждаю, что, когда королева узнает о твоем поступке и спросит меня, я буду отрицать, что ты говорила мне об этом.

— Справедливо, Конн. — Она помолчала и объявила театрально:

— Я выхожу замуж за Роберта Дадли!