— Ваше мнение, профессор Мелвилл, весьма ценно, — холодно заметила Ариадна. — Но, возможно… Вы ведь только хирург…

— Я еще и доктор медицины, — сказал он мягко. — Вы взяли все, что вам может понадобиться?

Ариадна сама удивилась своей неучтивости.

— Да, спасибо… И простите мою бестактность.

— Ничего, меня это не задело. По правде говоря, я всегда предпочитаю откровенность сладкоречивым, но фальшивым заверениям.

Потом они ехали молча, но возле дома профессор нарушил молчание.

— Мы отправимся в путь сразу после завтрака. — Говорил он со сдержанной учтивостью, которую Ариадна в душе находила несносной. — Надеюсь, вы присмотрите, чтобы дети были готовы к девяти часам? — Он остановился у двери, открыл ее и пропустил девушку вперед. — Полагаю, вы можете час-другой уделить сборам, пока я вывезу детей с собаками на прогулку.

Профессор стоял в холле с рассеянным видом, без улыбки, пока Грейвз забирал чемодан Ариадны из машины. Он должен находить все это ужасным неудобством, думала она, его жизнь перевернута вверх дном и, даже если он привязан по-своему к детям, ему не очень-то по нраву, не в пример ей, преодолевать трудности.

Внезапное желание быть такой же хорошенькой, как Мэрион, охватило ее; это безличное равнодушие, которое она обнаруживала в Мелвилле, так тяжело переносить.

Она учтиво поблагодарила профессора, поднялась к себе и занялась сборами, затем заглянула к Ронни и Дженни. Оказалось, что детки еще ничего не собрали, а времени осталось не так много. После прогулки и ужина они наверняка сразу же улягутся спать, а оставлять сборы на утро нежелательно. Ариадна взялась за чемоданы и начала со вздохом упаковывать их вещи.

Закончив сбор и укладку вещей и уговорив детей пораньше лечь, она пошла к себе, долго сидела в горячей ванне, вымыла голову. Но не успела она как следует просушить, расчесать и собрать волосы в пучок, как в дверь постучали. Это был Грейвз с просьбой сейчас же спуститься в кабинет профессора, который желает срочно увидеться с ней.