От острого взгляда Дэна не ускользнула полоска приоткрывшегося обнаженного тела, мягкие белые округлости… Кровь ударила ему в голову. Блэкуэлл крепко стиснул зубы, чтобы удержаться от желания немедленно сорвать с нее халат и прижать к себе сладко манящую плоть.

Тэсс подняла глаза. Его лицо было всего в нескольких дюймах. А глаза – как изменилось их выражение! Просто две черные горящие жемчужины! Боже, как же он сексуален! Взгляд скользнул по лицу и непроизвольно остановился на губах. Голова опять закружилась – от недоедания или от его присутствия?

– Миссис Рэнфри, – упреждающе произнес он. Господи, зачем столь красноречив ее взгляд!

Черные ресницы вздрогнули.

– Меня зовут Тэсс.

– Тэсс, – шепотом повторил Дэн, не отводя от нее глаз. Что-то сильнее его воли подтолкнуло капитана вперед. Костяшки пальцев легко коснулись ее щеки. Милая, какая же ты прелесть! Умом Дэн понимал, что не имеет права так поступать, но ничего поделать с собой не мог. Нежнее, чем крыло бабочки, он прикоснулся губами к ее губам.

И вобрал в себя ее дыхание.

«Он покушается на мое дыхание и на мою душу», – подумала Тэсс, чувствуя, как мужские губы властно завладевают ею. Голова опять закружилась, гораздо сильнее, чем раньше. Внутри все обмерло и затрепетало. Он провел языком по ее губам, потом медленно, но настойчиво протолкнул его дальше. Теплые сильные пальцы зарылись в густые волосы и обхватили затылок. Дэн ласкал ее губы и рот, вызывая пьянящее наслаждение. В этом долгом поцелуе были и нежность, и любовь, и желание. Слабеющая в его руках Тэсс почувствовала, что вся горит, и из последних сил уперлась рукой в грудь, пытаясь освободиться.

Решив, что ей неприятно, Дэн резко отпрянул.

– У-у-ух, – вздохнула она, откидываясь на по душку. «Так меня еще никто не целовал».

– Прошу простить меня за дерзость, Тэсс. – Он встал и спрятал руки в карманы, словно боясь не совладать с ними еще раз. – Мне не следовало… Вы больны.