— Что ты здесь делаешь? — спросила она коротко.

Он ответил не сразу, и у нее от ожидания мурашки побежали по спине.

— Мне нужно было с кем-нибудь поговорить.

— Хочешь сказать, — она издала какой-то сдавленный звук, — тебе настолько одиноко, что, когда приходит нужда побеседовать по душам, ты ищешь друга, с которым не виделся двадцать лет?

— Это касается моих брата и сестры. Джорджия моментально стала серьезной. Должно быть, и правда он, кроме как с ней, ни с кем этим не делился, раз приехал в Карлайл.

— Так где мы можем поговорить?

— А почему бы не здесь?

Джек огляделся, словно впервые заметив, что, кроме них двоих, в кафе никого нет. Однако открытие это, по-видимому, не произвело на него никакого впечатления.

— Может быть, лучше у тебя дома? Не хотелось бы говорить об этих вещах в таком месте.

— Но…

Больше она ничего не успела произнести: из кухни появился Руди, сразу же вообразивший, что происходит неладное.

— Джорджия, — обеспокоенно осведомился он, — этот тип пристает к тебе?

Она едва удержалась, чтобы не расхохотаться. «Пристает»? Да Джек Маккормик как «пристал», так и не отпускает ее с тринадцати лет.

— Нет, Руди, — развеяла она его тревогу, — нет. Это Джек Маккормик. Может, ты помнишь его? Он жил когда-то в Карлайле. Правда, недолго. — И добавила про себя: слишком недолго.

— Джек Маккормик, значит? — Руди смущенно почесал подбородок. — Да, помню вас. Вы еще часто дрались, а?

— Да, это я и есть, — усмехнулся Джек. — Разве только изменился с тех пор.

— Ага, так теперь не деретесь?

Джек опустил глаза, и у Джорджии возникло смутное ощущение, что он избегает не столько взгляда Руди, сколько ее взгляда.

— Всяко бывает.